Пётр Банков: «Черта между художником и дизайнером стала почти незаметна»

Пётр Банков — один из главных российских художников-плакатистов. Его работы находятся в собраниях MoMA (Нью-Йорк), MOTI (Амстердам) и других музеях по всему миру. Ранее он соосновал дизайн-агентство «Дизайн Депо» и выпускал журнал о дизайне [кАк).
Дарья Дейнека
Дизайн-журналист

Сейчас Банков живёт и работает в Праге, преподаёт дизайн студентам в Bankov Posters School и любит ездить на рыбалку.

Поговорили с ним об открытиях, которая подарила ему Чехия, грани между дизайнером и художником и синдроме самозванца.

О Чехии

Читала ваши слова, что чтобы что-то поменять — нужно переехать. Помог ли вам переезд что-то поменять?

В современном мире в одной и той же ситуации у нас вырабатываются устойчивые сведения. Они есть в голове, и они диктуют манеру поведения, отношения с внешним миром.

Поэтому, одно из правил, чтобы поменять себя, — это изменить значимую часть своей жизни. Кто-то меняет свою профессию. Например, был дизайнером, а стал мастером спорта по сноуборду. Внешняя оболочка меняет внутреннее состояние.

Для меня оптимальным было сесть в самолёт — это было одиннадцать или двенадцать лет назад — и начать новую жизнь в Праге. Здесь всё, что я люблю: семья, коты, собаки, друзья, хорошее пиво и прекрасная рыбалка, которой мне не хватало в Москве. 

В Чехии рыбалка есть, да?

Да, можно спокойно выйти, взять удочку и поймать здоровенную плотву, карпа или щуку. Я обычно выезжаю за двадцать километров от города, там природа почище. Но есть люди, которые рыбачат прям здесь.

А в плане мышления что всё-таки поменялось? 

Географический глобус изменился. Расстояние поменялось, и переезды час-два стали казаться катастрофически длинными. 

Плюс, возникла любовь к русскому языку. 70% чешского построено на старорусском языке. К примеру, смутное время. Мне всегда казалось, что это какое-то мутное время. Если же переводить со старославянского на новорусский, то это означает «слеза». Смутное время было временем слёз. Или есть фраза «У чёрта на куличках». Кулички — это мужские яйца. Когда в России говорят данную фразу, то это абсолютный вульгаризм. И в этом как раз особенность для меня, что чешский язык помогает открывать русский с новых сторон. 

В отношении к работе что-то перестроилось?

Конечно. Во-первых, европейцы, если им нравится проект, платят премии. Это поразило. В той же России тебе не заплатят больше того, на что договаривались.

А во-вторых?

В России на первом этапе переговоров можно понять, подходишь ли ты под задачу, подходит ли внутренний мир будущего представителя клиента, заказчика. В Европе иначе. Здесь идёт своего рода игра: не сразу понятно подходит ли проект, клиент и подходишь ли ты.

У русских формула — восточная, в ней самое важное — отношения, а деньги идут как бы потом. У европейцев сначала бизнес-отношения, деньги, а личное на втором плане. В этом и разница.

Плюс, здесь есть ещё одна важная штука: если человек соглашается работать с тобой, то можно даже договор сию минуту не подписывать. Ты им ещё эскизы не показал, а на следующий день они уже заплатили.

Дизайн раньше и сейчас

Каково было делать дизайн в 90-е? Какой был дизайн тогда?

В какой-то степени это было прекрасное время рождения нового русского дизайна. Было абсолютное время счастья. К тому же, в Россию тогда пришёл и американский дизайн. И это тоже был культурный шок.

В то время были первые поездки. Помню, когда делали в 90-е дизайн каким-то брендам, пищевым или алкогольным, я полетел в Торонто и потратил несколько часов, просто покупая коробочки. На выходе из магазина я выливал содержимое и домой привёз полный чемодан упаковок и коробок. Они были для меня красивыми в плане картинок и инструкций, как пользоваться и запекать, например, в СВЧ. Это было время бесконечных культурных открытий. 

Поездки клиенты оплачивали?

И клиенты, и сам оплачивал тоже. Всё было удивительно.

Если сравнивать с нынешним временем? Что сейчас поменялось? 

Мне кажется, что рынок дизайна сильно уменьшился. Тогда росли прекрасные новые студии, и каждая получала проект, заказы. Сейчас тоже такое есть, но денежный подход стал меньше, я думаю. 

О работе

Вы ведёте подсчёт своих плакатов. Какой сейчас номер? 

Тысяча двести с чем-то, наверное. Я думаю, что лет уже через пять или десять будет три тысячи плакатов. 

Над каким сейчас плакатом работаете? Для чего? Если не секрет.

Плакаты для столетия русского конструктивизма. Вчера или позавчера сделал восемь плакатов. Это будет некий проект. 

Это в России будет какая-то экспозиция?

Да. 

В чём их главная идея?

У дизайнеров идея одна и та же всегда. Нам надо суметь рассказать обычную историю необычным способом. Это как с шестиструнной гитарой. Там всегда шесть струн, а надо на них сыграть так, чтобы за душу взяло. Вот и с нами так.

Каждый раз нужно использовать не очень роскошный арсенал средств, а историю рассказать надо заново. В этом самая большая особенность графического дизайнера. Иногда получается, иногда нет. 

А есть у вас на данный момент любимый инструмент, с которым работаете? 

Мои ручки. 

А кисть, маркеры, валик?

Куча есть. Ступенчатые кисточки делаю для себя, потому что мне ими удобно работать. Режу их как ступеньки под себя.

Есть творческий такой этап, когда думаешь про материал: чем я буду творить. Бывает, забываешь о материале и думаешь о том, что нужно рассказать. И вот это состояние, которое для меня важно, то, когда не думаешь даже о материале, а зациклен на том, что сказать. Это самая высокая степень счастья в творчестве, когда есть, что сказать. 

А творческий кризис был?

Бывал.

Как выбирались?

А никак. С этим нельзя справляться. Можно было уезжать, когда советовали уезжать. Я уезжал к морю. Ходил к психологам. А сейчас, когда чувствую его приход, я научился радостно приветствовать этот кризис с криком: «Я тебя ждал, дорогой, заходи, поедем на рыбку смотреть!», — и потом это проходит.

Что самое главное для дизайнера и художника?

Любить то, что делаешь. По-настоящему. А если не любится, то придумай что-то другое.

Какая последняя работа вас впечатлила?

В последнее время мне нравится прекрасный коллажист, который родился в конце 40х в Варшаве, это Lou Beach. Он с родителями в 50-е годы переехал из Польши в Нью-Йорк, а потом они переехали в Лос-Анджелес. И вот его работы мне страшно нравятся. 

Люблю Jin Nupp. Потрясающий художник. Входит в десятку тех, кто своим творчеством поменял дизайнерские истоки.

Дизайн и искусство

Что насчёт вас: дизайнер или художник? Или раньше дизайнер, а теперь художник?

Хорошую вещь спрашиваете, но мне кажется, что в современном мире черта между художником и дизайнером стала почти незаметна. 

Это связано с тем, что художники пользуются дизайнерскими технологиями по составлению творчества и коммуникационному содержанию. Художники очень похожи на дизайнеров. Просчитывают, придумывают какие-то логические конструкции, которые работают. А дизайнерам не хватает некой сумасшедшей свободы. Но это раньше, сейчас всё в порядке. Мне нравится, что сейчас происходит обновление большого дизайна и искусства. 

Художники решают теперь тоже конкретную задачу своим творчеством?

Конечно. Нужно создать ту же коммуникационную стратегию, понимая все те особенности, которые всегда были в дизайне и маркетинге. 

Тут ещё важна кастомизация, где важно попадание в целевую аудиторию, в её ожидания и мечты, а не в качество продукта. Кастомизация очень изменила мир художника и дизайнера. В той же Праге. Они используют нашу русскую «Д» — домик на ножках. И это выглядит сумасшедше и прекрасно.

О будущих дизайнерах

Какой вопрос вам чаще всего задают студенты? 

Чаще я задаю вопросы. Например, в конце первой лекции спрашиваю: у кого есть котики? Мне кажется, что котики управляют этим миром. Они нами рулят. И собачки тоже рулят, две партии. 

Сами студенты часто повторяются. И то, что они не знают базовых историй, и то, на чём мы выросли, связано с их особенностью и с особенностью нашего времени. Культурный багаж истории кто-то взял и выкинул на обочину. И всё, что сейчас происходит, это некое придумывание колеса. 

Я читала у зарубежного колумниста, что на Dribbble много ребят из СНГ, потому что у нас советский бэкграунд, а он близок визуально к тому, что происходит сейчас в веб-дизайне. 

Да. Например, я езжу по разным местам, университетам, и там в группе всегда от одного до пяти наших соотечественников. Русская волна большая.

Ещё интересен факт, что русскую культуру не афишируют. Например, есть английский живописец Эван Углов — Иван Углов. Он родился в 1932 году. Потрясающий абсолютно. Его родители уехали ещё при царе батюшке. И есть вот такие староверы, которые выскакивают, но живут по своим правилам. Они есть в Голландии, Шотландии, Англии. Как раз Углов один из них.

Всегда был поток с территории России, Украины, Беларуси и Казахстана. Поток мозгов и художников. Едут и едут. 

Я думаю, что распространённый вопрос, откуда черпать вдохновение. У студентов таких однотипных вопросов не замечаете? 

Может и спрашивают, я не помню.

Если спросили бы про вдохновение, то как ответили бы?

Честно? В рыбалке. 

Найти своё хобби?

Да. Выйду на речку, смотрю на воду и ловлю рыбочку, либо не ловлю. А так, есть и есть вдохновение. Можно хоть с помойки вытащить бумажку и на ней будет ответ. Всегда все ответы есть на поверхности. 

А где у студентов чаще бывают затыки? Идея, исполнение?

Да нет у них никаких проблем. Просто иногда студентам нужно тратить больше времени на обучение, чем они могут. Это очень трудно — тратить много времени на свою голову, душу. Учиться надо.

Вообще, нынче студенты все прекрасные. В наше время, мне кажется, не было таких. Сейчас же, что ни студент, то умница.

Обсуждение